Жанна Маммен (Jeanne Mammen), 1890-1976, интереснейшая немецкая художница. Пробовала себя в различных стилях живописных стилях, включая абстракционизм.  До сих пор относительно мало известна широкому зрителю. 

Говорят, Жанна была скрытной (так молодец же - нет пересудов?), не оставила после себя ни переписки ни дневников. То есть свою частную жизнь берегла. 

Она мало появлялась в обществе, детей не было, про мужчин в ее жизни по причинам выше - сведений нет.  

А акварели ее тонкие, как цветы, как китайская живопись, убирают все стереотипы восприятия. Это  сплошное «лакомство», как заметил один немецкий критик 1920-х о ее творчестве. Я согласна. 

Два полюса света и тьмы.
Начало рожденья начал:
Огня, и воды, и земли,
К ним дерево плюс и металл.

Две силы и суть бытия,
Гармония мира всего
В коротких звучаньях Инь-Янь
И в ритме движенья ДаО.

Янь – учит и учится Инь.
Инь – муза, а в Яне – творец.
Инь – полночь и водная синь.
Янь – в красном, огонь и делец.

Инь – женская сущность, Луна.
Янь – Солнце и символ мужской.
В слиянии радость дана
И с нею душевный покой.

Живем мы по книге И-цзин
В эпоху сплошных перемен.
Дай жизненной силы нам Ци,
Бог наш, за терпенье взамен!

За окном разгулялись дожди -
Накатила нам осень за встречу!
Мне прижаться к твоей бы груди,
Разделив пополам этот вечер.

Обернуться и крепко обнять,
Вновь вдохнуть сладкий воздух домашний,
Все заботы,тревоги унять,
Позабыть день ненастный вчерашний.

И запрятаться в клетчатый плед,
Отключить все звонки телефона.
Провести бы так тысячу лет,
Отменив все земные законы.

А пока тёплый кофе в руке,
Греет свитер замёрзшее тело,
Грусть забилась в души уголке,
И на сердце чуть-чуть потеплело.

Пусть бушуют дожди за окном,
Осень, бахнем по сто за разлуку!
Но я думаю только от том,
Как родную держу в руке руку...
Евгения Весенняя  

© Каха Хинвели. Красная муза.

  Сегодня – встреча с творчеством современного грузинского художника Кахи Хинвели.

Как сладко мне тебя любить,
Как горячи твои объятия,
Тебе нельзя не уступить,
С собой не в силах совладать я.

Я утону в твоих глазах,
Я обниму тебя за плечи
И поцелуем на губах
Останусь в этот дивный вечер.

Сплетение рук, сплетение чувств
Во мгле кромешной, грешной ночи,
Мне не хватало твоих губ,
Мне счастья не хватало очень,

Тебя и нежности твоей,
Волнующей и сладострастной,
Ты приоткрой немного дверь,
Впусти любовь, она прекрасна.

И я растаю, как всегда,
От ласки и прикосновений,
Я не забуду никогда
Любви чарующих мгновений.

Ах, как чудесна эта ночь,
Ночь сладких грез, любви и страсти,
Я прогоню сомнения прочь,
Я знаю, что такое счастье.

я за тебя молюсь всем праведным святым.
я за тебя отдам всё то, что сердцу любо,
чтобы в нелегкий час дороги, как холсты
вели тебя вперед, лаская ветром губы...
я за тебя скажу о чём пришлось молчать,
и заслоню от бед, от зависти руками.
я вышивать начну - и отболит печаль,
чтоб устелить твой путь на счастье рушниками...
мне, право, всё равно, что говорит молва.
не им меня судить. пусть сетуют потише.
я за тебя молюсь, покуда я жива:
и небу, и земле - чтоб кто-то да услышал.
звезда его - гори! река его - неси!
стелись ковром трава, чтоб почивалось сладко.
и чей-то добрый дом - от холода спаси.
а я за ним - вослед. невидимо. украдкой:
прибрежною волной, соловушкой лесной,
и летнею грозой, что как ребенок плачет.
и где бы ни был ты - со мной, иль не со мной.
я за тебя молюсь. и не могу иначе...

Виктор Иванович Зарецкий. Белый пароход. 1982 г., 120 × 183 см.

Сегодня на нашем канале встреча с замечательным художником второй половины 20 века Виктором Ивановичем Зарецким, художником ярким, многогранным и способным на эволюцию в своем творчестве, большая часть которого прошла в эпоху приоритета соцреализма.

Белые дома - белее снега,
Крыш черепица - цвета абрикоса,
Синие оконца, ставни –
Словно веки глаз полуприкрытых.
Безмолвие рощ окрестных.
Белое в зеленом, легкий шепот ветра.
Голубое в синем, небо
В море смотрится, как в зеркало.
А может, море отразилось в небе?!
Край любимый вижу снова…

Осликов упрямых на тропинках узких
Меж колючек, острых как кинжалы.
Тени облаков на каменистых склонах,
Шаг копыт неровный под тяжестью поклажи.
До краев до самых наполнены корзины
Новым урожаем – спелым виноградом,
Сладким и прекрасным, как улыбка солнца.
И потом в деревне, в каменной давильне
Соком обратится спелая лоза,
Под ногами юной девы,
Что прекрасна, как улыбка солнца.

Будет синий вечер, расцветет фиалкой
В небе сумрак ночи, звезды замерцают,
Отражаясь в море…
Я стакан наполню ароматной влагой.
Кровь лозы прогонит и тоску, и горе,
И припомню девы голос серебристый,
Взгляд ее лукавый, но по-детски чистый…
Янис Ритсос

Под кронами летнего сада
Мы слушали трель соловья.
В звенящей тиши звездопада
Росой умывалась заря.

А мы любовались рассветом,
Вдыхая любви аромат...
Прошло разноцветное лето,
В душе закружил листопад.

Листва, облетевшая с кленов,
Ложилась на мокрый асфальт,
Но был, как и прежде, влюбленным
Твой нежный и ласковый взгляд.

Летели часы и минуты,
Деревья сменили наряд,
А мне не забыть почему-то,
Как мы приходили в наш сад

Послушать знакомые трели
Под кронами в летние дни...
Как жаль, что шальные метели
Дорожку в наш сад замели.

Лучше пить и веселых красавиц ласкать,
Чем в постах и молитвах спасенья искать.
Если место в аду для влюбленных и пьяниц,
То кого же прикажете в рай допускать?

Когда фиалки льют благоуханье
И веет ветра вешнего дыханье,
Мудрец - кто пьет с возлюбленной вино,
Разбив о камень чашу покаянья.

Метнул рассвет на кровли сноп огня
И кинул в кубок шар владыки дня.
Пригубь вино! Звучит в лучах рассвета
Призыв любви, вселенную пьяня.

Любовь - роковая беда, но беда - по воле аллаха.
Что ж вы порицаете то, что всегда - по воле аллаха.
Возникла и зла и добра череда - по воле аллаха.
За что же нам громы и пламя Суда - по воле аллаха?

С той, чей стан - кипарис, а уста - словно лал,
В сад любви удались и наполни бокал,
Пока рок неминуемый, волк ненасытный,
Эту плоть, как рубашку, с тебя не сорвал!

О горе, горе сердцу, где жгучей страсти нет.
Где нет любви мучений, где грез о счастье нет.
День без любви - потерян: тусклее и серей,
Чем этот день бесплодный, и дней ненастья нет.

Скорей приди, исполненная чар,
Развей печаль, вдохни сердечный жар!
Налей кувшин вина, пока в кувшины
Наш прах еще не превратил гончар.

Ты, кого я избрал, всех милей для меня.
Сердце пылкого жар, свет очей для меня.
В жизни есть ли хоть что-нибудь жизни дороже?
Ты и жизни дороже моей для меня.

Упреков не боюсь, не опустел карман,
Но все же прочь вино и в сторону стакан.
Я пил всегда вино - искал услады сердцу,
Зачем мне пить теперь, когда тобою пьян!

Лишь твоему лицу печальное сердце радо.
Кроме лица твоего - мне ничего не надо.
Образ свой вижу в тебе я, глядя в твои глаза,
Вижу в самом себе тебя я, моя отрада.

Едва ты вышла в сад, смутился алый мак,
Не успокоится от зависти никак.
А что же кипарис тебе не поклонился?
Увидел дивный стан, его хватил столбняк!

К сиянию луны, красавицы ночной,
Добавлю я тепло, даримое свечой,
Сверканье сахара, осанку кипариса,
Журчание ручья… И выйдет облик твой.

Какой соблазн, какой искус, храни Аллах!…
Твое лицо и день и ночь царит в мечтах.
Вот потому и боль в груди, и трепет в сердце,
И сухость губ, и влажность глаз, и дрожь в руках.

Многих женщин в парчу, жемчуга одевал,
Но не мог я найти среди них идеал.
Я спросил мудреца: — Что же есть совершенство?
— Та, что рядом с тобою! — Он мне сказал.

Муки старят красавиц. Избавь от беды
Ту, чьи веки прозрачны, а губы тверды.
Будь с любимой нежней: красота ускользает,
На лице оставляя страданий следы.

На мир — пристанище немногих наших дней —
Я долго устремлял пытливый взор очей.
И что ж? Твое лицо светлей, чем светлый месяц;
Чем стройный кипарис, твой чудный стан прямей.

Не устану в неверном театре теней
Совершенства искать до конца своих дней.
Утверждаю: лицо твое — солнца светлее,
Утверждаю: твой стан — кипариса стройней.

Опасайся плениться красавицей, друг!
Красота и любовь — два источника мук.
Ибо это прекрасное царство не вечно:
Поражает сердца и — уходит из рук.

Пушок над губками возлюбленной твоей
Не портит красоты, а помогает ей.
Припомни, как весной мы садом любовались:
Цветы и там милы, но в зелени — милей.

Шиповник алый нежен? Ты — нежней.
Китайский идол пышен? Ты — пышней.
Слаб шахматный король пред королевой?
Но я, глупец, перед тобой слабей!

Где форточки открыты бывают только настежь,
Где ветер треплет гривы разнузданным коням,
Где вдаль глядят глаза – ведь только там, ты знаешь,
Есть место удивительным и пламенным мечтам!

Где дождик льет из тучи, кружат снежинок стаи,
Где плавятся от зноя и сердце и душа,
Там, где цветут цветы – там мы с тобой мечтаем
О том, как жизнь прекрасна, светла и хороша!

И пусть недобрых сплетен расходится лавина,
Усталость клонит плечи, от слез тускнеет взгляд…
Мечта – она ведь жизни реальной половина,
Она ведет упрямо сквозь тернии преград!

Веснова Елена

Всем, кто умеет мечтать – поздравленье!
Незабываемое ощущенье:

В праздник мечты от души улыбнись
Тем, кто душой устремляется ввысь!

Дарит нам в новый простор устремленье
Взгляд их открытый, к надежде движенье!

Мы поздравляем, мечтатели, вас!
С вами мы все помечтаем сейчас!

Счастья вам, веры, надежды, свершений,
Самой заветной мечты исполнений!

Веснова Елена

Гимны поем мечтателям –
Художникам, изобретателям,

Летчикам и артистам,
Спортсменам, эквилибристам!

Вы мысленным взором проходите
Пути, что во мраке находите!

Вы видите след над орбитой,
Вы внемлете песне забытой…

Мечтой изменяя реальность,
Вы в мир добавляете радость!

Живите же вечно, мечтатели -
Дорог в день грядущий искатели!

Веснова Елена

Michael Cheval(Михаил Хохлачев) общепризнанный ведущий современный художник в мире, специализирующемся на абсурдистских картинах, рисунках и портретах. По определению автора, "абсурд" является перевернутой стороной реальности, обратной стороной логики. Он не выходит за пределы мечты сюрреалиста или работы подсознания. Это игра воображения, где все связи были тщательно подобраны, чтобы построить связанный сюжет. Любая из картин Майкла - это карта его путешествия в иллюзию. Его работы зачастую метафорические, и требуют острый глаз, чтобы расшифровать зачастую скрытые намеки.

Настанет миг – и станет очень просто
Раскрашивать с галактику холсты,
Смотреть на небо – и гулять по звёздам
Среди спиралей Млечного Пути

Придёт пора пройти сто вёрст по краю
Листа зелёно-ало-белой бузины
Проснуться в январе, заснувши в мае,
И искупаться в омуте росы.

Нагрянет час нырнуть в сырую землю,
Оставшись на не скошенной траве,
Чтоб лава огнегривою капелью
Кипение остудила в голове.

Наступит день - и я поставлю в вазу
Охапку роз, которые ветров.
Потом слегка подправлю эту фразу
И превращу в течение стихов.

И будет солнце восходить закатом
Луна подарит бархатный загар.
Я знаю, это всё придёт когда-то
Не знаю самой малости – когда?

Берзиня Юлия

В нашей жизни так бывает,

Что встречаясь забываем улыбнуться,

В нашей жизни так бывает,

Что прощаясь забываем оглянуться,

И порой, не замечаем, грустные глаза своих любимых,

Что прощают нам и делят радость, или горе пополам.

Дарите женщинам цветы, дарите женщинам улыбки,

Дарите женщинам стихи, прощайте женщинам ошибки,

Дарите женщинам любовь, дарите женщинам удачу,

Пусть заиграет в жилах кровь, и пусть они от счастья плачут.

В нашей жизни так бывает, ценим мы, только тогда, когда теряем,

В нашей жизни так бывает, мы добром на доброту не отвечаем,

И порой, не замечаем, грустные глаза своих любимых,

Что прощают нам и делят радость, или горе пополам.

Ян Райбург

Ясемин Карабенли (Yasemin Karabenli)  родился в 1960 году в Стамбуле. Рисовать начал с детства.  В 1983 году отправился в Канаду, где участвовал в нескольких выставках после  получения знаний иллюстрирования и витражного образования . Через четыре года вернулся в Турцию, поселился в Мармарисе и открыл художественную галерию Ясемин. Дочь Алексия Бахар Карабенли тоже пошла по стопам отца и стала художником и вместе с отцом в 2008 году открыла выставку живописи "Гозумсер (Гозлер Ямал Сойлемез)".

Душа грустит, опять дождливый вечер.
Темнеет. Одинокое кафе.
Сегодня никого уже не встречу.
Я здесь один. Немного подшофе.

И не уйти из призрачного плена,
Да и зачем? Он сам растает днём.
Я снова слышу голос Джо Дассена
И снова вижу сказку за окном.