Жизнь всегда связана с любовью. Когда вы кого-то любите, вы стараетесь так или иначе объяснить вашу любовь. Но на самом деле никакого объяснения нет. Если вы любите, то это потому, что из этого человека исходит жизнь в форме красоты, или доброты, или чистоты, или разумности, или мира и т.д. Жизнь - это единственное средство против скуки. ... Поэтому, если хотите, чтобы вас любили и вы не вызывали скуку у окружающих, будьте живыми. А если сами не хотите скучать, то ищите повсюду жизнь.

 

М.Айванхов "Кто такой сын божий?"

 

Многие думают, что толерант­ность — это «Делай то, что хочешь, если это мне не мешает.» Пока ты делаешь то, что меня устраивает, я тебя терплю, я толерантен. Но я не радуюсь за тебя по-настоящему! Если ты сделаешь то, что мне не нравится, моя толерант­ность на этом заканчивается. Но это не есть толерантность в настоящем ее понимании. На самом деле толерант­ность — это готовность принять то, что другой тоже хочет быть счастливым. Если у него все хорошо, даже если мне это и мешает, я могу принять это. Я могу быть счастливым от того, что счастлив другой.

 

Толерантность происходит от пони­мания того, что мы все равны. Мы все хотим быть счастливыми. Если вы это чувствуете, вы можете принять других, таких же желающих быть счастливы­ми. Они хотят быть счастливыми, и мы тоже хотим им счастья. Это и есть толерантность.

 

Гьетрул Джигме Ринпоче

 

Страх любви – это прежде всего боязнь самого себя. А временами – трепет перед ограничениями и регламентами, которые мы подчас слепо и некритически переняли от других и которыми сами же приковывали себя как рабов к галере жизни. Стремление укрыться от любви в стоге условных оценок – бег от себя же. Бег от собственной свободы.

 

Любовь – это всегда снятие катаракты с «ока души» (Достоевский). Рискованная и иногда болезненная операция. Но, право, стоящая того, чтобы, наконец, открыть для себя действительный мир. И в себе – тоже."

 

Владимир Кудрявцев

Любовь — точно как аромат цветка. Она не создает отношений; она не требует, чтобы вы были тем-то или тем-то, вели себя определенным образом, действовали определенным образом. Она ничего не требует. Она просто делится.

 

Ошо

Фото: Николай Бутримович

Умейте молчать. Пусть болтовня отступит, даст место глубокому, собранному, полному подлинной человеческой заботливости молчанию.

 

Молчанию научиться нелегко. Сядьте, возьмите больного за руку и скажите спокойно: Я рад побыть с тобой... И замолчите, будьте с ним, не воздвигайте между вами целый мир незначительных слов или поверхностных эмоций. Пусть ваше посещение будет ему в радость, пусть он знает, что и для вас быть с ним — радость. И вы обнаружите то, что я не раз обнаруживал за последние 30–40 лет: в какой-то момент люди становятся способными говорить, — говорить серьезно, говорить глубинно, произносить то немногое, что сказать стоит. И вы обнаружите нечто еще более поразительное: что вы и сами способны говорить именно так.

 

Митрополит Антоний Сурожский