Я не жалею ни о чем, Я не жалею, что любила. Но хочется вернуться в дом, Где за судьбу сама решила. И мне найти один предлог, Чтобы с любовью не проститься И среди тысячи дорог С ней на одной остановиться... Слышишь? Каюсь! Сердце на части, и пропало счастье мое Слышишь? Каюсь! Как же случилось, что я потеряла тебя? Я понимаю, не вернуть... Я понимаю… все уплыло... Вот только ночью не уснуть, Вот только сердце вновь заныло. Не жалко мне начать с нуля, Не жалко мне остановиться! А я жалею лишь о том, Смогла с любовью я проститься... Так не легко Знать судьбу свою в лицо, Не потерять Ключик счастья своего, Чтоб не искать потом предлог, Как нам с любовью помириться, И на все тысячи дорог Всем сердцем мне не распылиться! Нам не дано понять судьбу, Дано нам только научиться Стучаньем сердца своего В любви своей не ошибиться... Мила Нитич

Моя благодарность автору рамочки!

«Главное, ребята, сердцем не стареть!» Кто не знает эту песню? А теперь ее можно услышать в исполнение музыкантов из разных городов Росатома. В рамках проекта «10 песен атомных городов» на эту композицию снят клип. В нём задействованы лесничане, хорошие мои знакомые, – Иван Нечкин и Влад Шумихин.

Людям вообще свойственно всего бояться. Сейчас не так сильно это выражено. А вот раньше…

Мамонтов, пещерных львов, медведей боялись. Если в кустах смилодон не дай бог чихнет, тоже страшно было.

Правда, всех, кого боялись, обязательно уничтожали, чтобы спать спокойно.

Мохноногого сыча, к счастью, такая участь миновала. Особенно сегодня, когда многие считают его очень даже НИЧЕГО.

А вот раньше…

Раньше фантазия у людей была богатая. Такое понапридумывать могли, что даже в страшном сне не привидится.

👉 У мохноногих сычей, несмотря на название, мох на ногах не растет.

Просто ноги у него покрыты перьями от самого того места, откуда они, собственно, растут, и до самых когтей.

Впрочем, не мохнатость стала причиной того, почему давным-давно эту птицу прозвали Aegolius funereus, что в переводе с латыни на древнегреческий и потом обратно означает «птица дурного предзнаменования».

Где есть любовь, там нет сомнений,
там нет обид и сожалений.
Там нет тоски и нет печали,
в чем нас так долго убеждали...

Там только свет и восхищенье,
надежда, вера, вдохновенье!
Там радость, искренность, прощенье
и каждым мигом упоенье!

Где есть любовь, там всё возможно!
Там можно быть неосторожным.
Там можно быть самим собою,
а не готовить душу к бою...

Где есть любовь, там нету масок.
Там полнота и щедрость красок.
Там сложный мир во всем прекрасен,
и даже прост и очень ясен!..

И где любовь, там все ответы.
Среди снегов сердца согреты...
Разлука пламя разжигает,
двоих сильней соединяет!..

И для влюбленных рай открылся –
к ним сам Господь с небес спустился!..

Настройся на мою частоту,
с душою войди в резонанс...
Любовь наберет высоту,
и небо подарит нам шанс.

Узнай же меня среди лиц,
средь тысяч миров и дорог...
И счастье лишится границ,
а сердце – привычных тревог.

Я знаю, открыть нелегко
ту самую, верную дверь.
Но дымка над жизни рекой
рассеется скоро, поверь...

И всё станет ясно, как день.
И нечего будет скрывать.
А сердце – Амура мишень,
лишь хочет любовью дышать...

И шепчет – ко мне ведь не зря
твоя потянулась душа...
Мечтам не нужны якоря.
И волны любви не сдержать...

Старовойтова Надия Викторовна родилась во Владивостоке. В 1977 г. закончила государственную текстильную академию (бывший текстильный институт им. А.Н. Косыгина) в Москве по специальности моделирование одежды.
С 1987 г. - член союза дизайнеров Украины. Участница многочисленных выставок на Украине и Германии.
Ее произведения находятся в частных коллекциях Украины, США, Канады, Германии.

Лето.

Я люблю тебя больше, чем Море, и Небо, и Пение,
Я люблю тебя дольше, чем дней мне дано на земле.
Ты одна мне горишь, как звезда в тишине отдаления,
Ты корабль, что не тонет ни в снах, ни в волнах, ни во мгле.

Я тебя полюбил неожиданно, сразу, нечаянно,
Я тебя увидал — как слепой вдруг расширит глаза
И, прозрев, поразится, что в мире изваянность спаяна,
Что избыточно вниз, в изумруд, излилась бирюза.

Помню. Книгу раскрыв, ты чуть-чуть шелестела страницами.
Я спросил: «Хорошо, что в душе преломляется лед?»
Ты блеснула ко мне, вмиг узревшими дали, зеницами.
И люблю — и любовь — о любви — для любимой — поет.

Константин Бальмонт

Зацелована, околдована,
С ветром в поле когда-то обвенчана,
Вся ты словно в оковы закована,
Драгоценная моя женщина!

Не веселая, не печальная,
Словно с темного неба сошедшая,
Ты и песнь моя обручальная,
И звезда моя сумасшедшая.

Я склонюсь над твоими коленями,
Обниму их с неистовой силою,
И слезами и стихотвореньями
Обожгу тебя, горькую, милую.

Отвори мне лицо полуночное,
Дай войти в эти очи тяжелые,
В эти черные брови восточные,
В эти руки твои полуголые.

Что прибавится – не убавится,
Что не сбудется – позабудется…
Отчего же ты плачешь, красавица?
Или это мне только чудится?
Николай Заболоцкий